(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({ google_ad_client: "ca-pub-7451038609611319", enable_page_level_ads: true });
Июл 21

Поддержите пожалуйста сайт и поставьте лайк!!! стрелка

Jarost' Chjornoj Gory

 

                                                 Глава ХIII. ЯРОСТЬ ЧЁРНОЙ ГОРЫ

Владислав и Илларион уже в какой раз сверял маршрут с картой Учителя: показанное на ней не совпадало с реальной местностью. Вождь вытащил из футляра бинокль, и стал до рези в глазах вглядываться в окружающее пространство. Затем снова сверился с картой и понял: нет абсолютно никаких совпадений!

Илларион тоже недоумённо сверял карту с ландшафтом. Затем произнёс:

– Не пойму, почему карта не совпадает с местностью? Ведь в этом месте отец нарисовал возвышенность – главный ориентир на последнем этапе пути! Где она?

Высокая Скала почувствовал неприятный холодок в груди:

– Может быть, вон тот утёс? Правда, что-то он маловат…

Почесав в затылке, Илларион высказал предположение:

– Неужели, тут действительно было сильное землетрясение, и оно изменило местность?

По карте выходило, что Шамбала должна находиться уже почти рядом. Стоило перейти лишь возвышенность и спуститься в котловину, окружённую со всех сторон горами.

Далее среди скал должна быть расселина, через которую и проникаешь в заветную страну. На карте в этом месте рука Шацкого восторженно вывела: «Врата рая!».

Но никакого входа тут не было!.. Они попали в ловушку? И куда направляться, когда на исходе продукты и их терпение?

Посовещавшись, путники решили взбираться на седловину, чтобы оттуда осмотреться. 

*****

Наконец они одолели котловину. Опять ничего примечательного! Правда, с вершины перевала Владислав засёк в бинокль в одном месте нечто вроде пещеры – возможно, там можно было заночевать, прежде чем наступят быстрые горные сумерки.

Тогда общинники стали цепочкой спускаться вниз. Был достаточно солнечный денёк, и ничто не предвещало каких-либо неприятностей.

Они как раз продвигались рядом со снежным кулуаром одной высокой вершины (углубление на всю высоту склона шириной в несколько десятков метров; являются местом частого схода камнепадов и лавин).

Её основу составляли чёрные каменистые породы. И эти складчатые породы мрачно контрастировали на фоне снежных одеяний горя.

Jarost' Chjornoj Gory

Путники практически достигли подошвы чёрной вершины, и им нужно оставалось преодолеть противоположный склон кулуара. Такие места очень опасны своей непредсказуемостью. Равиль и Алиса шли в конце цепочки.

– Эх, – нарушил молчание Свирепый Вепрь, когда Владислав подошёл к ним, – что-то совсем уж грустно стало! Не спеть ли нам песню? Парня в горы тяни, рискни… – затянул он грубым голосом.

Илларион, шедший впереди, повернулся и отчаянно замахал руками, показывая наверх. Но было поздно.

Могучая вершина очнулась от вековой дремоты при сотрясении её покоев. Эхо, полетевшее к её вершине, вдруг отозвалось неким глухим и далёким гулом. Ведь малейший звук способен её разбудить, и гóре тогда путнику!

Разбуженная гора не привыкла прощать даже случайных беспечностей. Она разозлилась и встряхнула широким белым покрывалом.

Раздался жуткий грохот с самого пика – оттуда понеслась стремительная лавина, вздымая клубы сверкающей пыли. Громадная волна набирала ход, и ничто не могло остановить её ярость. Она сметала одинокие деревья на склонах и подхватывала большие камни.

Общинники помчались к выступу большой скалы, чтобы спрятаться за ней. Последними бежали Равиль, Алиса и Владислав. Счёт шёл на секунды, и лавина уже настигала их. Миг – и в снежном круговороте пропал отстававший Равиль.

Jarost' Chjornoj Gory

Вождь и девушка бежали к скале одновременно, однако завернуть из-за обломков камней вокруг мог только один. Алиса вдруг изо всех сил толкнула Владислава вперёд в укрытие. И тут же белая смерть схватила её длинной рукой и утянула вглубь снежного вихря.

*****

Высокая Скала вскочил на ноги, пытаясь осмыслить ситуацию. Почти все, включая Грету, были целы. Не хватало лишь Равиля и Алисы. «Нет-нет, они не могли погибнуть, – судорожно думал вождь. – Где ж их теперь искать?».

Лавина сошла очень широким фронтом, и опять наступила мёртвая тишина. К сожалению, было трудно определить, куда снесло несчастных – площадь вздыбленного снега превышала две сотни квадратных метров. Более того, их могло затянуть слишком глубоко под толщу снега, который спрессовался намертво.

К вождю подскочил Васильич:

– Ты жив?

– Надо найти Алису и Равиля… – не отвечая на вопрос, прохрипел Владислав. – Срочно! Из-за переохлаждения и недостатка воздуха они быстро погибнут под заносом.

– Я понимаю, но люди еле двигаются, и мы не сумеем их заставить делать что-то через силу.

Подошли остальные общинники. По их виду было ясно, что они действительно вряд ли смогут работать. Да и постоянная гибель соплеменников уже не так трогала прочих. Их чувства будто замерзли от постоянно присутствующих рядом опасностей.

– Хорошо, – процедил сквозь зубы Высокая Скала, – Васильич, ты поведёшь всех обустраиваться на ночёвку. Но кто-нибудь пойдёт со мной искать наших товарищей?

И все, превозмогая неимоверную усталость, согласились искать. Тогда вождь отправил троих человек ставить палатки, а между остальными распределил участки для поиска. Попутно они громко звали своих исчезнувших товарищей. Но ответом была только морозная тишина.

Постепенно начало смеркаться, а результатов не было. Спрессовавшийся снег был подобен бетону, и его с трудом можно было ковырять, проверяя возможные места. И Владислав безумно метался между сугробами вперемешку с камнями и ветками, альпенштоком прощупывая каждый участок. Бесполезно. Совсем обессилевшие они поплелись в лагерь.

*****

Jarost' Chjornoj Gory

На следующее утро вся дружина в полном сборе отправилась снова на поиски Алисы и Равиля. Правда, перед тем обнаружилось отсутствие Свирепого Вепря. Однако его никто не стал искать – всё было ясно без слов.

Уже истекло несколько часов. И вдруг Чёрная Рука громко позвал остальных. Нашлась рукавица девушки, и все стали лихорадочно обследовать место вокруг.

Почти сразу альпеншток Владислава наткнулась на нечто мягкое. Он вытащил палку и принялся осторожно разрывать снег. Пришлось копать смёрзшийся снег толщиной до полутора метров вглубь.

Вот появился полушубок Алиса, её ноги в унтах… Она лежала, свернувшись клубочком, до последнего, видимо, пытаясь согреться. Увы, ей это не помогло. Девушка лишь немного сумела раздвинуть вокруг себя плотный снег. Но выбраться самому из белой могилы человеку невозможно.

Рядом расплылось кровавое пятно. И поначалу все подумали, что девушка получала смертельную травму. Но нет, она намеренно нанесла сама себе рану ножом на руке. На желтоватом поле полушубка проступали буквы, написанные кровью: «Я люблю тебя… будь счастлив».

***** 

Высокая Скала впервые боялся кому-либо взглянуть в глаза, будто совершил нечто недостойное. Он отошёл прочь, сел на камень и опустил голову. У него едва не сдавали нервы – ещё чуть-чуть, и он не сможет сдержать проклятых слёз!

Кроме Алисы, для него не меньшей потерей была гибель лучшего друга – Равиля, с которым он особенно близко сошёлся за время похода.

Эта была та самая незримая связь, которая появляется из множества совместных мелких дел, когда каждый узнаёт, на что способен твой товарищ – в преодолении опасностей, распевании общих песен у костра, шутках, понимаемых обоими с лёту, и даже в обычной уверенности, что тебя не подведут.

Оно – это важное чувство – возникало и росло в результате вынужденного совместных действий, но разве настоящая дружба возникает в других условиях?

Конечно, Владислав мог положиться и на остальных своих спутников, однако это был, несомненно, его самый верный друг. Тот, который уже не однажды спас ему жизнь. Поэтому Высокая Скала был потрясён происшедшим как никогда. Никто и ничто сейчас не могло его утешить.

Через несколько минут к нему приблизился Васильич, тронул за плечо:

– Пора возвращаться на стоянку. Видимо, Равиля мы уже не найдём, а Алису нужно захоронить…

– Я никогда не прощу себе этого, – прошептал в оцепенении Владислав.

– Ты ничего не мог изменить, – тяжко вздохнул Васильич. – Так захотела она сама.

Jarost' Chjornoj Gory

И среди заснеженных скал выросли ещё два холмика из набросанных камней.

                                                                                 *****

Свирепый Вепрь стоял на краю пропасти, наклонив голову. Вот и всё. Для него долгое путешествие кончилось здесь. Он вновь превратился в того же простого Ивана, которым был когда-то до этих событий. Как он, опытный альпинист, мог совершить такую чудовищную ошибку?!

Столько раз, инструктируя других о таящихся в горах опасностях, он совершил одну из них сам. И он понял, что судьба неумолима – она часто ждёт тебя там, где о том даже не подозреваешь. Так вот оно – то самое, к чему готовили себя самурая с детства – принять смерть в самый неожиданный миг.

Он ушёл незаметно. Просто развернулся и пошёл прочь, когда понял, что именно по его вине случилось несчастье в общине. Он всё мог перенести ради близких ему людей – любые невзгоды и испытания, мог даже рисковать жизнью, если понадобиться. Но тут… Иван был бессилен.

Он понимал, что уже ничего нельзя изменить, и ему уже не место среди других. Когда-то он обучал пацанов в своей секции карате. И всегда показывал личным примером, как превозмогать боль, усталость и страх: «Вот какими должны быть настоящие самураи!»

Правда, тогда вопрос не касался самого главного – жизни и смерти. А теперь этот вопрос встал ребром, ибо законы бусидо – средневекового кодекса японских воинов, которые Свирепый Вепрь всегда чтил, ставили честь выше жизни. Он стал заложником своих же представлений о жизни.

Но разве иногда они не ст`оят того чтобы за них умереть? Люди часто гибнут ради своих идей или.. из-за своих идей. И бывший тренер должен доказать, что он не лгал – ни тем мальчишкам, ни самому себе.

Jarost' Chjornoj Gory

Впрочем, и жгучие угрызения совести не позволяли ему жить дальше. Он вспомнил собственные слова: «Воистину, не знаешь, где найдёшь, где потеряешь… Главная загадка для каждого человека, когда он умрет? И вот теперь открывается ответ на мою личную загадку».

Бездонная пропасть притягиваланеодолимой жутью, всматривалась в него, внушая дикую мысль: «Ты прыгнешь и полетишь, как птица…»

Да, просто про-пасть, упав в чёрную смерти пасть…

Иван глубоко вздохнул и посмотрел в сгущавшиеся сумерки. Правой ладонью он сжал клык секача на своей широкой груди. Его лицо исказилось яростью, и он вновь превратился в Свирепого Вепря. Сделал отшаг назад и после с отчаянным криком рванулся вперёд.

Читать следующую главу «Реальность миражей»

Глава из книги «Шамбала — путь в никуда»

Автор Анти Фимас (Anti Phymas)

(Текст книги адаптирован под интернет)

Читать с самого начала 

Содержание книги «Шамбала — путь в никуда»

Уважаемые Читатели!!!

Эта книга — дебют автора. И работа над ней длилась около 6 лет.

Огромная просьба, не оставлять без внимание труд создателя и оценить произведение, поставив лайк (понравилось) или дислайк (не понравилось), либо оставить комментарий (критику, отзыв, вопрос и т. д…)!!!

От Души Благодарим Всех, кто не остался равнодушен к труду автора!!!

автор Администратор Блога \\ теги: , , ,

Июл 17

Поддержите пожалуйста сайт и поставьте лайк!!! стрелка

Put' za gorizont 

                                                       

                                                 Глава ХII. ПУТЬ ЗА ГОРИЗОНТ

Владислав с Генриеттой, Васильич, Равиль, Илларион, Иван и другие общинники стояли на гребне каменистой гряды и понимали одно: они – на вершинах мира…

Перед их зачарованным взглядом предстала панораму необъятных просторов. Уходящие за горизонт горные хребты подавляли циклопической массой, снежно-ледяной суровостью.

Их вершины терялись высоко в густых облаках и казались неприступными. От величия гор захватывало дух, и в то же время тянуло страхом неизвестности. Сейчас кругом царило почти полное белое безмолвие, и гнетущая тишина вселяла ещё больше тревогу.

Владислав прислушался. Ни звука! Рядом ползли и ползли бесчисленные стада белых облаков. «Воистину «ревущая тишина», – вспомнилось выражение японских буддистов. Позади оставалась вся их прошлая жизнь. А впереди – новая?..

Все тяжело дышали, жадно втягивая ноздрями разрежённый воздух. Только что в течение четырёх часов им пришлось взбираться по скользящей россыпи склона. Увы, удалось одолеть чуть более двух километров.

«Сумеем ли мы одолеть эти расстояния? – закрадывался в душу вождя разъедающее сомнение. – Точно ли нас ждёт впереди спасение?» Ответа не находилось, и лёгкое облачко надежды слегка колебалось, едва не тая…

Действительно, что делал бы человек, коли знал наперёд своё будущее: победит он или погибнет? Но Бог не раскрывает человеку свои планы на его судьбу, и тогда у человека остаётся лишь одно право – на борьбу до конца!

Как бы в подтверждение мыслей Владислава стоявший рядом Андрей Васильич задумчиво промолвил:

– Вот так лезешь на гору, и кажется тебе, что нет её выше. А залезешь на самую вершину, вокруг – такие же горы, а то ещё выше! Так – всю жизнь. И нет между вершинами спасительного мостика…

Put' za gorizont

Помолчали, осмысливая всё вокруг.

Затем Васильич уже ободряюще толкнул Владислава в бок:

– Не дрейфь, паря! Не такое видали, через… гм… через себя кидали!

– А я не боюсь, батяня, – распрямил плечи Высокая Скала. – Как говорил Шацкий, надо всего лишь опасаться, но не бояться.

Он понимал, что от его вида зависит расположение духа его товарищей. И задавил в душе отвратительное чувство страха.

– Что ж, хорошо настроен, – хмыкнул егерь. – Сдаётся мне, следующий наш рывок будет не менее «весёлым», чем предыдущие.

Высокая Скала уже повернулся к Иллариону:

– Послушай, у меня такое впечатление, словно тут ничего не менялось от сотворения мира! Горы непоколебимы даже вопреки глобальному потеплению.

– Ты не прав, Влад. Глянь на тот обнажённый склон. По почве видно, что там явно стекали потоки воды. Откуда они, коли кругом снег? Полагаю, потепление добралось даже до самых верхних этажей нашего дома, называемого Землёй.

Лишь под самым «потолком» оставались ледники. Ещё лет тридцать назад некоторые специалисты предполагали, что эта огромная центральноазиатская страна будет по-прежнему подниматься вверх. Видимо, поднятие спасло здешние ледники? И теперь начался обратный процесс: холод пошёл вниз. И ещё…

Илларион слегка отдышался и продолжил:

– Поднятие земной коры связано с давлением магмы. Возможны даже землетрясения. Ну, а мелкие тряски здесь, должно быть, часто происходят.

– Ты умеешь обнадёжить, – мрачно пошутил Владислав. – Не хватало землетрясений для полного списка удовольствий.

*****

Put' za gorizont

Всё это напоминало полное безумие. Они пробирались уже вторую неделю, а кругом ничего не менялось. Их окружали лишь дикие горы. Белые вершины и серые скалы. Чёрные камни и слюдяной лёд. И никаких иных расцветок.

Кроме скромных запасов оленины, двух десятков консервов и ягод в припасах уже почти ничего не оставалось. К тому же многих донимали разные недуги – зубные и головные боли, простуды и обморажения. Но больше всё-таки сказывалось недоедание.

«Что-то есть в том, что слова «голод» и «холод» похожи, – мрачно философствовал вождь, таща вместе с остальными тяжёлыми сани. – Уже наши пращуры на собственной шкуре ощущали, что с хладом приходит и глад…».

Те «современные» люди, с которыми бок о бок ещё недавно жили апокалиптики, без сомнения, давно погибли бы от голода, ибо привыкли есть много и часто. Но у путешественников был хороший – хотя и суровый – период адаптации к новым условиям.

Они могли ещё очень долго продержаться в таких условиях. Они ели всего два раза в день, а двигались вперёд относительно быстро. Их организмы использовали каждый грамм еды по максимуму – так, как это было у их древних предков.

Жестокие условия сплотили общину накрепко, и здесь каждый чётко усвоил свою роль. Всякий общинник ясно понимал, что от него зависит жизнь его товарищей, и если он не поможет кому-то сегодня, не спасёт в нужный момент, то завтра он погибнет сам.

От помощи ближнему зависело собственная судьба, и личный эгоизм разительным образом превратился в полною противоположность. Это была самая крепкая дружба, которая возможна, – дружба, рождённая в условиях вынужденного сосуществования.

Происходило перерождение, когда каждый мог отдать жизнь за другого. Они даже внешне совсем изменились: это были смелые, жилистые и крепкие люди, готовые действовать в любых обстоятельствах. Более того, они по-настоящему превратились в единый организм.

Моральный императив Учителя о человеческой взаимовыручке подтверждался на деле и помогал им выжить. Единственным смыслом их существования стало желание добраться до уже, казалось бы, недостижимой цели. Так случается, когда человек выходит за пределы разумной деятельности и действительно перестаёт опасаться смерти.

*****

Put' za gorizont

Тем не менее, люди становились всё более злыми и раздражительными. Двое потеряли от слабости бдительность и погибли, сорвавшись в пропасть. Ещё трое умерли от болезней. В живых оставалось тринадцать мужчин и пять женщин. 

И следом за путниками вырастали всё новые поминальные холмики из наброшенных камней. Впрочем, там часто даже не было умерших, ибо их вечной могилой становились скрытые под снегом расщелины.

И всё-таки наступил момент, когда вождь снова стал слышать за спиной недовольные голоса и ловить взгляды исподлобья. Уже самые близкие из общинников готовы были вновь взроптать и броситься на него, как виновника их несчастий.

Даже во взоре Генриетты он читал лишь один невысказанный вопрос, от которого становилось не по себе. А конца пути всё не предвиделось. Неужели они попали в западню?

«Они постепенно теряют последние остатки веры, – сделал вывод Владислав, – а это хуже всего в человеке. Но, пожалуй, ещё хуже, что мы зашли слишком далеко – за сотни километров! И у нас нет ни сил, ни продуктов вернуться обратно».

Тут действительно упадёшь духом! Но для себя он упрямо повторял до сумасшествия: «Мечтай, надейся, верь. И действуй!..»

Он уже приготовился к самому худшему для себя. Но страшно другое – за ним шли люди, и куда им теперь деваться в заснеженных горах?

Наступил очередной – уже неизвестно какой по счёту – день. Общинники только что поднялись после тяжёлого сна и грелись у костра, топили снег для чая из трав.

– Нам надо обязательно сегодня одолеть этот перевал, – показал рукой на склон Высокая Скала. – Судя по карте, это последнее серьёзное препятствие на пути к нашей цели. Дальше мы будем двигаться только в низменные участки.

– Успокаивает лишь одно – погода, – сказал со своей стороны Васильич.

Действительно, природа в очередной раз будто смилостивилась над путниками. Погода на удивление стояла тихая, снег`а прекратились, что давало возможность продолжить маршрут.

Но это же вселяло в общинников некоторую надежду: возможно, климат на Земле снова станет благоприятным для проживания?

Все подкрепились и целый час нехотя собирались. Высокая Скала теперь даже опасался подгонять людей. Наконец, двинулись в путь.

*****

Put' za gorizont

Солнце уже перевалило свою высшую точку, когда путешественники поднялись ещё на одну вершину хребта. Увы, кругом всё также белые снега, синие льды и теперь красные, безжизненные скалы… Нереальный ландшафт терялся за горизонтом, что могло вызвать безнадёгу даже у неисправимого оптимиста.

– Да-а…– протянул Иван, выражая столь неопределённым вздохом схожие мысли и чувства прочих участников похода. Он поёжился от всепроникающего, дувшего беспрерывно, ветра. – Абсолютно никаких признаков жизни.

Он сказал это словно для себя, но все поняли, кому адресуется его скрытый посыл.

– Не будем спешить с выводами, – выдохнул Владислав. – Быстрее спускаемся с этой «крыши мира» на нижние «этажи». Где-то там найдутся «жилые комнаты» и для нас. Чёрные тучи, которые крадутся за нами с севера, явно предвещают новый снегопад.

– А вид взаправду впечатляющий, лепота! – выдохнул Васильич, почесав затылок. – Теперь я лучше понимаю альпинистов, которые лезли невесть куда, чтобы полюбоваться такой неописуемой красотищей.

Хотя я всю жизнь «на ты» с природой, а никак не могу привыкнуть к картинам, которые она рисует. Действительно, природа – истинный идеал для художников.

– Правда, Васильич, – с досадой сплюнул Равиль, – есть одно удручающее обстоятельство: таким великолепием можно было бы любоваться, коли оно не несло погибель. Истинно страшная красота.

После этой реплики многие весьма неодобрительно посмотрели на Равиля.

Сгущались вечерние сумерки, и путники едва успели спуститься в небольшую ложбину, где разложили лагерь.

Put' za gorizont

Читать следующую главу «Ярость Чёрной Горы»

Глава из книги «Шамбала — путь в никуда»

Автор Анти Фимас (Anti Phymas)

(Текст книги адаптирован под интернет)

Читать с самого начала 

Содержание книги «Шамбала — путь в никуда»

Уважаемые Читатели!!!

Эта книга — дебют автора. И работа над ней длилась около 6 лет.

Огромная просьба, не оставлять без внимание труд создателя и оценить произведение, поставив лайк (понравилось) или дислайк (не понравилось), либо оставить комментарий (критику, отзыв, вопрос и т. д…)!!!

От Души Благодарим Всех, кто не остался равнодушен к труду автора!!!

автор Администратор Блога \\ теги: , ,

Июн 27

Поддержите пожалуйста сайт и поставьте лайк!!! стрелка

 v plenu beloj mgly

                                           

                                            Глава IХ. В ПЛЕНУ БЕЛОЙ МГЛЫ

 

Истекли первые дни похода в горах. Деревья уже исчезли, уступив место низкорослому пирамидальному арчовнику, густо росшему по расселинам среди пожелтевшей травой.

Затем пейзаж вовсе поменялся на почти безжизненно каменистые участки.

Один пасмурный день не задался с самого утра. Двое общинников сильно простыли – у них поднялась температура и замучил кашель. Чеслав немало повозился с ними, пичкая больных таблетками.

И целых три ценных часа были безвозвратно утеряны. Радовало, что пока, вроде, не предвиделось дождя (хотя в горах это трудно угадать), и стояла неопределённая тишь. Лишь иногда она нарушалась гулом камнепадов.

И тогда слышалось жёсткое фырканье с глухим шлепком, если камень врезался в снег, или звонкий удар, если камень попадал в скалу.

Общинники наспех позавтракали, и Высокая Скала объявил десятиминутная готовность. И потом их нестройная колонна двинулись на очередной перевал.

Тут им попалась козья тропа. Хотя она была довольно крута, но уж лучше подниматься по ней, чем по россыпи скользящей из-под ног каменной крошки! Хотя через сто метров рюкзаки стали намного ощутимее, и напряжение возросло.

Движение – словно в замедленной съемке. Тело, вроде, не чувствует усталости, но из-за недостатка кислорода тащились с трудом.

Выглядело это примерно так: шагов десять-двенадцать вверх, минута отдыха, дабы восстановить дыхание, и опять вперед! В висках гулко стучало.

Поднявшись на вершину перевала, общинники обнаружили, как навстречу им плывут серые кучевые облака. Погода резко портилась, и явно чувствовалась сырость. Васильич внимательно осмотрел горизонт, втянув ноздрями воздух, и покачал головой:

– Ёлы-палы, будет снег, надо спешить вниз.

Бывалый альпинист Иван согласился с ним:

– Первые признаки надвигающегося урагана.

Владислав приказал всем быстрее спускаться в направлении объёмного козырька скалы. Это укрытие находилось примерно в шестистах шагах, и к нему нужно было двигаться, траверсируя между крупных валунов (То есть двигаться перпендикулярно подъёму на гору или спуску с горы (термин из альпинизма), так как тропа внезапно оборвалась. Будто неуверенно пошла мелкая морось.

Истекло ещё минут двадцать. И вдруг порыв сильного ветра обдал несчастных путников зарядом снежной крупы, следующий порыв обдал их уже крупными каплями дождя! И так вперемешку на путников то сыпал снег, то поливало водой, а проникающий даже сквозь одежду холод стал вызывать тревогу.

******

v plenu beloj mgly

Ураганный ветер продувал открытую местность насквозь, грозя заморозить. Наконец, последние из общинников достигли скалы и принялись ставить палатки.

Это было не просто, ибо брезенты сумасшедшими птицами рвались из слабеющих рук! Паническая суматоха едва позволяла людям справляться со срочными делами.

Пока мужчины готовили укрытие, женщины пытались сохранить разлетавшиеся вещи. И вот уже всё накрыло сплошной метелью. В считанные минуты склоны гор покрылись белым саваном.

Владислав и Грета укрылись в своей палатке. Но вождь по привычке решил проверить, всё ли нормально с остальными членами общины?

Увы, видимость сократилась до двух метров, и что-либо разобрать в снежно-дождевой каше было невозможно. Оставалось надеяться, что все товарищи успели укрыться.

Вождь вновь нырнул в палатку. Нужно было быстрее разжечь горелку, чтобы согреть чая и приготовить небольшой ужин на двоих.

В палатке Грета уже распаковывала вещи. Она внимательно осмотрела всё и пытливо спросила: «Тебе не кажется, что кое-чего не хватает?» И вдруг Влада парализовала мысль: «Где карта Шацкого?!»

Высокая Скала хранил её в кожаном планшетике на груди как величайшую ценность общины. И вот этот, на первый взгляд, обычный клочок бумаги исчез…

Непостижимо! Без карты весь поход превращался в полную бессмыслицу.

Потрясённый Владислав сидел на корточках, не зная даже, что предпринять. Если планшет потерялся при их спуске по склону, то теперь его точно засыпало снегом.

Грета тоже молчала рядом, осмысливая трагичную ситуацию. Через мгновение вождь поднялся и, вытащив моток верёвки, обратился к ней:

– Я обвяжусь и пойду вверх по склону, а ты держи второй конец.

– Я не пущу тебя! Ты можешь замёрзнуть.

– Если я не найду карту, мы все погибнем!

– Хорошо, – Грета подумала секунду и добавила: – Мне кажется, ты положил карту перед выходом на склон в свой рюкзак.

А когда сейчас я стала его проверять, там её не обнаружилось. Но не мог же, в самом деле, кто-то взять карту?

Владислав задумался: «Рюкзак был полностью застёгнут, а карты нет? Что-то здесь не так…» Когда все собрались под козырьком скалы, вещи были сложены в общую кучу.

Стояла страшная суета, снег залеплял глаза, и усилия людей были направлены лишь на установку палаток. Или некто всё-таки воспользовался случаем? Но зачем? Ответа не находилось.

******

v plenu beloj mgly

– Всё напрасно… – прохрипел Владислав, когда вновь почти вполз от усталости в палатку. – Не видно не зги.

Грета посмотрела на него и продолжила топить снег на горелке. В сегодняшнем меню для скромного ужина у них значились кусок оленины, галеты и две пачки «Доширака» с приправой, для согрева – травяной чай.

Она молчала, но некое смутное чувство нашёптывала немке: «Не мог Влад утерять карту. Неужели её похитил этот человек

В последние два дня между ним и её любимым возникали перепалки буквально по пустякам. Она даже поделились неприятными опасениями насчёт отношений в группе с Иваном.

«К сожалению, так случается, – недовольно пробурчал он. – Бывало, отправляешься в месячные турпоходы, и закадычные друзья так разругаются из-за пустяков, что становятся злейшими врагами! Именно горы проверяют человека на прочность, выявляют его характер».

Грета приняла слова Ивана к сведению, но пока остерегалась высказывать смутные предположения.

– Давай поужинаем, и будем ложиться спать, – наконец, промолвила она. – Утро вечера мудренее, так у вас говорят? Возможно, что-то завтра прояснится.

Они стали готовить не менее скромное лёжбище: прорезиненный коврик, на него в виде матраса две вместе сшитые шкуры рыси, сверху спальный мешок на двоих.

– Когда же мы доберёмся до Шамбалы? – жалобно прошептала девушка. – Так хочется тепла и спокойствия.

– Потерпи, милая, – ответил Влад, обнимая любимую. В момент надвигающегося сна он не мог сказать, что идти ещё далеко, и хаос всегда будет наступать на них, угрожая уничтожить.

И они должны с ним бороться постоянно, чтобы достичь страстно желаемой цели.

– Вот тебе маленькое утешение, – перед лицом Греты появилась поломанная плитка шоколада, которую Влад таил ещё с Адлерхорста.

– Ой! – по-детски вскрикнула девушка. – Неужели это мне? Это же целое сокровище!..

Все продукты в группе после начала похода были чётко распределены, и утаивание даже маленькой плитки шоколада можно было считать страшным преступлением против товарищей.

Но ведь он же был должен как-то утешить возлюбленную! Именно с таким тайным желанием Высокая Скала хранил сладость, терпя до последнего.

– Настоящий горький шоколад с миндалём, – прошептала Грета. – Господи, какой изумительный вкус! Ты попробуй тоже, – и она сунула в рот Владислава кусочек. – Мне кажется, даже не передать в словах это райское наслаждение.

– Ну, теперь нам любая еда покажется райской, – горько усмехнулся вождь. И опять вернулся к мучавшей его мысли о пропаже карты.

v plenu beloj mgly

Читать следующую главу «Предательство и смерть»

Глава из книги «Шамбала — путь в никуда»

Автор Анти Фимас (Anti Phymas)

(Текст книги адаптирован под интернет)

Читать с самого начала 

Содержание книги «Шамбала — путь в никуда»

Уважаемые Читатели!!!

Эта книга — дебют автора. И работа над ней длилась около 6 лет.

Огромная просьба, не оставлять без внимание труд создателя и оценить произведение, поставив лайк (понравилось) или дислайк (не понравилось), либо оставить комментарий (критику, отзыв, вопрос и т. д…)!!!

От Души Благодарим Всех, кто не остался равнодушен к труду автора!!!

автор Администратор Блога \\ теги: , , , ,

Страница 1 из 11